- А что это за такое здание? - спросил Михаил Ефимович Швыдкой, указывая на Академию наук, - Я его раньше не видел!



Намедни общался со Швыдким. Он мне понравился больше, чем Лена Перова. Одно слово - профессор.
Может очень интересно и гладко произносить монологи на любую культурную тему. Достойнейший человек, гуманист.
Глаза скорбные, еврейские.

Я смотрел на него и думал, какая пропасть разделяет нас. Даже мой работодатель-миллионер мне ближе, чем этот московский чиновник, российский министр и телезвезда. Потому что местный. А у этот господина все другое - другие интересы, другие деньги и даже нравственные ценности другие, наверное. Так и не смог нам объяснить зачем Большой театр привёз "Детей Розенталя".
Вернее, пытался, но выглядело это так: "Нам глубоко насрать, дорогие соотечественники, на вас и ваши патриотические чувства.
Мы показываем то, что нравится Европе. А вы идите в жопу со своим ветхим музейным "Борисом Годуновым"! Оперный театр - искусство живое и должно развиваться!".

Это, конечно, правильно. Но я хотел его спросить вовсе не об этом. А о том, позвонил ли кто-нибудь, за его годы руководства Министерством культуры, в это учреждение с сакраментальным вопросом "Алло, это прачечная?". Но пришло высокое начальство, разговор зашёл о важных культурных и межнациональных вопросах и я не решился.

Tags: Швыдкой